"Катрина" о людях

Ксения: Сейчас такое время переездов и люди совершенно разных профессий приезжают в Мексику. Надежда у всех одна — устроиться хорошо. Давай предположим, что приехал музыкант. Насколько реально ему устроиться работать в Мексике по профессии?
Владимир: Все зависит от того, как поставить дело. Существуют артисты, которые по своей природе потрясающие. Они увлекают, они замечательные, но они совершенно не способны к организации. Менеджерские качества отсутствуют напрочь. И у них есть глубокая обида: «Я гений, мне все должны, а почему-то ничего не получается». Это не только в Мексике относится. Тенденции нынешнего времени таковы, что каждый артист должен быть ещё и продюсером, и бухгалтером. Все непросто. Нужно оформиться в налоговой. В этом надо разбираться. Мексика как раз страна свободной торговли и рыночной экономики.

Ксения: Конкуренция?
Владимир: Конкуренция сейчас идёт не только на уровне качества, но и на уровне маркетинга. Внешний вид продукта, который ты предлагаешь. Если продукт доступен зрителям или слушателям, и интересен, то он будет продаваться.
Музыкантам, когда они приезжают в Мексику, нужно прежде всего обратить внимание на несколько составляющих: это градус образованности населения и вкусов. Продажа колбасы и концертов сейчас, к сожалению, мало чем отличается.

Ксения: Предположим, что наш музыкант-концертмейстер из Большого театра. Куда ему?
Владимир: Никуда.

Ксения: То есть, приехать и устроиться в Bellas Artes концертмейстером он не сможет?
Владимир:Нет, не сможет. Система устроена так: сначала должен быть объявлен конкурс на вакантную должность. Конкурс организуют в том случае, если человек, который занимает определённую должность, либо уходит на пенсию, либо по каким-то непонятным причинам он прерывает свой договор, либо, не дай Бог, отходит в мир иной.
Есть контрактные оркестры и в некоторых штатах, где ротация проходит чаще.

Ксения: Вдруг повезло — объявили конкурс. У нашего иммигранта есть шанс попасть на это место? Отсутствие мексиканского гражданства как-то повлияет?
Владимир: Это очень хороший вопрос. Мексика все-таки в этом плане свободная страна, но есть определенные приоритеты для мексиканцев. Я не думаю, что это плохо. Хотя для меня артист, музыкант, исполнитель, он вне национальности, цвета кожи и гендерной принадлежности. Но они, безусловно, защищают мексиканцев. Иначе, если бы все было свободно, они бы попросту не воспитали ни одного замечательного мексиканского скрипача или виолончелиста. Призовая культура была очень популярна в Америке, в Европе отчасти. Здесь к этому по-другому относятся. Если на прослушивании будет дилемма между иностранцем и мексиканцем, то предпочтение отдадут мексиканцу, естественно.

Ксения: Это не расизм. Это поддержка своей национальности.
Владимир: Я сначала тоже возмущался, а потом все же смирился.
Сколько иностранцев ты видел в русских оркестрах? Нет их практически. Какие-то единицы буквально.
Это устоявшаяся. У нас немного другая система взаимодействия с музыкантами. Не могу сказать лучше или хуже, но другая. В большом количестве коллективов в основном заключают контракт на год. А потом через год тебя могут выкинуть за ненадобностью, не потому что ты плохой музыкант. Ну вот так вот захотелось. Свежей крови надо. И это их проблема. В Мексике люди пока не захотят уйти — их не уволят. Но или, по крайней мере, должны произойти нечто экстраординарное.

Ксения: Их профсоюзы защищают?
Владимир: Да, конечно. Причём в некоторых коллективах ещё на стадии подачи заявок на работу. Нет такого, что пришел новый человек и сказал: «Так, я всех увольняю. Набираю новый оркестр». Такое может случиться там, где работают по контрактам: в России, Великобритании, США.
Ситуация такова, что мы все должны ждать, пока место освободится. И то, если при подсчёте баллов будет ничья, то предпочтение будет оказано товарищам из Мексики. В некоторых оркестрах существует допустимый процент иностранцев.

Ксения: Ну хорошо. Наш музыкант понял, что в систему мексиканского высокого искусства ему не попасть. Куда он ещё может поступать? В рестораны?
Владимир: В ресторан могут. Можно там зарабатывать от 500–2 000 тысяч песо за час. Кому как повезёт.

Ксения: А вообще в Мексике востребована музыка в ресторанах?
Владимир: Ну, чтобы ресторан официально поставил какого-то музыканта играть, то редко.
Рестораны высокого класса, да. Единственная проблема — не все классические музыканты смогут наступить себе на горло и играть в ресторанах. Все зависит от музыки и в том, как ты поставишь дело.
Если человек приезжает, то он должен уже что-то интересное предложить. Музыкантам проще, актёрам сложнее. Нужен язык.

Ксения: А то, что ты русский — это преимущество или нет?
Владимир: Никогда. Раньше, когда был железный занавес, мы русские (СССР) были на вес золота.
Нас очень любили импресарио, потому что мы — замечательные артисты. Тогда и выпускали по отбору, только высшей пробы. С другой стороны, мы сами рубили сук, на котором сидели. Мы приезжали и преподавали. Делились нашими знаниями. Это прекрасно. Но до определённого момента. Когда приезжали наши советские музыканты заграницу, на конкурсы, они брали первые места.
Никому это не нравилось. Сейчас другое. Риторика изменилась: «Зачем вы нам русские нужны? Были, да, у вас великие музыканты, но мы хотим своих вырастить». И они по-своему правы.

Ксения:То есть, это иллюзия: если ты русский, значит, двери распахнулись и красная ковровая дорожка расстелена?
Владимир: Никто никого не ждет уже давным и нигде. Рассчитывать на это совершенно не нужно. В усиление скажу, не нужно забывать, что мы граждане великого государства, которое дало уникальную культуру для всего мира. Но с другой стороны, не надо этим, как красной тряпкой размахивать. И думать, что нам все должны за это.

Ксения: А как здесь с русским рынком? Вот, например, на многих русских или смешанных свадьбах ты играл?
Владимир: Ни разу.

Ксения: Нет спроса? Мы же культурные люди, нам это нравится. Почему не обращаются к русским музыкантам.
Владимир: Давай уточню один момент. Я как музыкант сотрудничаю с многими известными артистами в разных жанрах, даже имеем совместные Премии Грэмми! В Мексике есть такой институт как «Grupo Versátil». Занимаются музыкальным оформлением массовых мероприятий.
Свадьбы — это их отдельное направление. Мне кажется, наши соотечественники просто мало общаются друг с другом и поэтому и нет спроса на такие коллективы, а у мексиканцев и американцев они нарасхват.

Ксения: Но они, мне кажется, даже не ищут музыкантов на свои мероприятия. Ценник русского и мексиканца, в общем-то, не отличается. Поэтому почему бы не поддержать своих.
Владимир: А вот теперь мы подошли к очень важному вопросу. Я очень много наблюдал за людьми, которые родились в малых странах: сербы, армяне, грузины. Они все друг за друга, сплочены. И когда встречаются за границей, они искренне рады. А у нас люди как-то сторонятся друг друга, неохотно поддерживают беседу. Есть у нас одна черта — мы ко всему относимся с подозрительностью. Это данность.

Ксения: Может, у нас здесь нет критической массы?
Владимир: Я думаю, мы просто друг друга не знаем и мало общаемся, как не парадоксально это звучит в век интернета.

Ксения: Вернемся к нашему музыканту. Какие бы ты советы дал ему?
Владимир: 1. Выучи язык. 2. Больше общайся. Причём с сведениями, что ты здесь не один. Иногда вокруг тебя не конкуренты, а товарищи и коллеги. Наш круг — музыкальный, театральный, артистический — очень маленький. Поэтому портить отношения совершенно не нужно. 3. Ассимилироваться. 5. Получать удовольствие от того места, где ты находишься. Не нравятся — уезжай. Пробуй другое. Это можно применить ко всем странам и людям.
Был такой замечательный фильм «Съёмки в Палермо» и эпизод разговора фотографа со смертью.
Смысл сцены был в том, что люди перестали ценить жизнь, и вечно всем недовольны. Зачем живут? Непонятно. А когда уже ничего нельзя изменить, сожалеют. Это урок всем нам, надо жить в удовольствие и с удовольствием.